Category: 18+

Category was added automatically. Read all entries about "18+".

Витковский

Хоть верьте, хоть нет - гляньте в интернет

КРАСНАЯ ФУРИЯ. ГРЁЗЫ ОЛЬГИ ГРЕЙГ.1939

... Все ее силы пошли в направлении установления диктатуры масонского каганата, выспренно и лживо назвавшего себя российским революционным движением. <...>... неисчислимые адские пороки вплавились в одну единственную Женщину, – это идолище всех советских педагогов, – и заставили ее превращать младенцев и подросших детей с невинными глазками в изгоев, от которых шарахается весь мир, которых мир не хочет и не может понять в их безмозглой коммунистической зашоренности.
Ольга Грейг. Красная фурия.

Какая несказуемая фря!
Астартины такими были жрицы.
Она была любовницей царя.
Она была любовницей царицы.

Любила раздеваться догола
на Хортице для юных запорожцев,
затем, что лесбиянкою была,
и очень обожала мужеложцев.

Еще она заканчивала Йель,
раз пятьдесят спала с великим князем,
и залезала в каждую постель
и потеряла счет внебрачным связям.

Она была принцессой – сто пудов.
Еще в ней полыхал огонь антонов.
Еще она трудилась на жидов.
Еще она трудилась на масонов.

Умела перетягивать канат,
от великана мчалась к лилипуту,
трудилась на московский каганат,
и трахалась по десять раз в минуту.

Она была игрушкою врагов.
Еще она была гроза бандитам.
Ее ценил профессор Пирогов.
Еще она была гермафродитом.

Она была страшней любых гиен.
Всегда изображала примадонну.
Печаталась в газете «Паризьен».
Еще она закончила Сорбонну.

Она сидеть любила на дубу,
а дуб возьми, мерзавец, да исчезни.
Она была для сплетников табу
и жертвою базедовой болезни.

Еще вождю она была жена,
которому не требовались бабы.
И чем-то там еще была она,
и, видно, кем-то стать еще могла бы.

...Вытаскивай из глубины души
очередной секрет полишинеля,
но главное – пиши, пиши, пиши.
но главное – мели, мели, емеля.

Легко ломать подобную камедь
при помощи домашних заготовок,
хотя и надо все-таки уметь
вписать любое имя в заголовок.

Рак уползает, чувствуя беду,
в глубокий омут уплывают щуки,
и только утка крячет во пруду.
не превращаясь в лебедя науки.