September 3rd, 2018

Витковский

Краудфандинг: издание книги "Град безначальный" продолжается.

AQUA GRAVIUS QUAM SANGUINE*

Сто сорок дней к Москве ползли войска,
и доползли до минус сорока.
Почти замерзло топливо в машинах.
Вершки идут войной на корешки.
Гудериан идет на Петушки,
и он не слышит криков петушиных.

Всего-то нужно, Господи прости,
не дать врагам копыта унести,
сломать рога и оборвать стрекала, –
трясет Москву, она почти в кольце,
и все решат четыре дня в Ельце,
и через месяц будем у Байкала.

Еще не вылез русский грамотей
ни из курной избы, ни из лаптей,
не протрезвел от пьяного угара,
рабы ничем не лучше, чем вожди,
пусть даже Ниагара впереди –
германцу по колено Ниагара.

Неодолим судьбы круговорот:
впустую хорохорится банкрот;
проторговался, ну так и закройся.
Всем недовольным лучше околеть,
поскольку никому не одолеть
висящего в зените хакенкройца.

Но не желает видеть бог войны,
сломавшегося льда реки Дубны,
проснувшейся под черными волнами,
стены воды, что рушится во тьму, –
и не сулит победы никому
громада рукотворного цунами.

Изгоя переборет ли изгой?
В сторонку отложив на час-другой
заботу крестьянах и цыганах,
смыкаются две линии врагов:
идет война приемышей богов
с племянниками идолищ поганых.

Вода хранит от пламени Москву,
не удержаться танку на плаву,
ему не хватит ярости звериной,
не выполнить ему наказ вождя,
и в ледяную бездну уходя
ему не притвориться субмариной.

Нет очевидцев, и не нужен штраф,
наказан будет всякий, кто неправ,
и правый не избегнет наказанья,
не будут разбираться господа,
что в этой жизни кровь, и что вода,
и что такое – точка замерзанья.

Открыты шлюзы, вывернут бетон,
хохочет сухопутный Посейдон,
обрушилась небесная секира,
война до кульминации дошла
и гордого германского орла
уже склевал двуглавый голубь мира.

*Вода страшнее чем кровь (лат.)