November 7th, 2017

Витковский

Юбилейное

АРСЕНИЙ БЕЛОКРЫСЕНКО. КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ. 1870
(С извинениями перед Булатом Окуджавой: навязчивый мотив...)

Да весь мир познания не стоит тогда этих слезок ребёночка к „боженьке“
Федор Достоевский. Братья Карамазовы

Если связался с дурною кумой –
будешь расхлебывать кашу:
Деда Арсения звали Фомой,
Федором звали папашу.
Жил он в Симбирске вдали от семьи,
жил, погруженный в работу,
и за столом у соседа Ильи
сиживал часто в субботу.

...Вот и случилось ему, на беду,
в сумраке великопостном,
в семидесятом печальном году.
стать для Володеньки крёстным.
Ты присмотрелся бы к деткам Ильи:
нешто предчувствия ложны?
Что же надежные руки твои
столь оказались надёжны?

Нет бы младенца того утопить,
нет бы его уронить бы?
Нет бы отравы крысиной купить,
чтоб не дожил до женитьбы?
Нет бы пролить драгоценный елей,
нет бы сомнения вскипели,
нет бы во сне увидать мавзолей,
кокнуть мальца у купели?..

Нет бы, своим убежденьям назло
ядом залить полотенца!...
Сколько б народу за счастье почло
лично угробить младенца!
Нет бы утешить российский народ,
и не видать потрясений!
Что ж ты наделал, несчастный урод,
статский советник Арсений!

Миг одурения, миг забытья,
щеки небриты, шершавы.
Ты отвечай-ка: дитятя сия
стоит ли целой державы?
Время тоскливо свивается в жгут,
прячется жизнь за кулисы,
и с корабля обреченно бегут
белые-белые крысы.