July 11th, 2009

Витковский

ЭЛЕГИЯ ДЛЯ СКУПЫХ И ЖЕСТОКИХ

Роб Донн был, вероятно, последним из больших гэльских поэтов ныне почти полностью утратившей свой родной язык, самой северной из исторических областей Шотландии – Сазерленда. Как и Дункан Бан Макинтайр, он был охотником, не умел ни читать, ни писать, даже не имел влиятельных покровителей; в силу чего жил на роли егеря и одновременно браконьера в основном на берегах голубого залива (у на севере нас сказали бы “губы”) Лох Эрибол. Его песни были настолько популярны, что записанные лишь в последние годы его жизни, притом с изрядными “смягчениями”, они жили в народе полвека после его смерти – и лишь в 1829 году увидели свет отдельным, совершенно заредактированным изданием. Лишь в 1899 году его песни вышли двумя независимыми книгами; одна из их содержала немало сберегшихся мелодий Донна (многие из них, как выяснилось, неведомыми путями попали даже к Бернсу), зато другая была вдвое больше и содержала около двухсот элегий и песен сазерлендского барда. Несмотря на то, что в наше время в Шотландии царит настоящий культ Роба Донна и его диски выходят один за другим, научного издания его произведений нет до сих пор, а единственная полноценная монография о нем – Йан Гримбл, “Мир Роба Донна”, 1995 – вышла в неоконченном виде, после смерти автора.
В основу переведенной на первый раз элегии положен подлинный случай. Двое старых холостяков, братьев-погодков, жили на отлете от основных ферм на западном берегу Лох Эрибол, в доставшемся им по наследству арендном поместье Риспан, со старой девой-экономкой. Единственное, чем были известны братья – их крайняя скупость. Однажды в самом начале года умер старший брат, следом и младший, и экономка. Накануне первой из смертей они прогнали с пустыми руками нищего от своих ворот.
Обращаю внимание, что произведения Роба Донна написаны на северном диалекте гэльского языка, почти отмершем в наши дни, в отличие от языка полуострова Аргайл и Гебридских островов.

РОБ ДОНН (РОБ МАККЕЙ)
(1714–1778)

ЭЛЕГИЯ ДЛЯ СЫНОВЕЙ АРЕНДАТОРА РИСПАНА

Лишь десять дней с начала года
Прошло, и вот, среди зимы
С людей долги взяла природа:
Троих похоронили мы.
Здоровым и отнюдь не старым
Казался холостяцкий дом,
Но вестник к каждому недаром
Грядет нежданным чередом.
Collapse )